Причина гибели Ю. Гагарина и В. Серегина – «человеческий фактор»

МиГ-15УТИ
А.Миронов
Арсений Дмитриевич МИРОНОВ,
доктор технических наук, профессор, лауреат государственных премий СССР (1948, 1976)*

В год пятидесятилетия «катастрофы XX века» – гибели первого космонавта Земли Ю.А. Гагарина и командира полка В.С. Серегина в учебном полете на самолете МиГ-15УТИ появилась возможность сформировать не версию, а объективную оценку последовательности и причины этой трагедии. Такой возможностью я располагаю, как член летной подкомиссии Правительственной комиссии, сохранивший уникальную информацию в личных записях и изучивший значительную часть опубликованных материалов.

Начну с критической оценки Правительственного сообщения, которое содержит слова: «Точную причину катастрофы установить не удалось». Эти слова сами по себе свидетельствуют о том, что дальше пойдут ничем не подтвержденные предположения. Так и получилось: далее в тексте содержалось «наиболее вероятное» предположение: самолет свалился в штопор при совершении летчиками энергичного маневра для уклонения (якобы) от столкновения с неожиданно появившимся метеозондом. По установленному порядку экипаж самолета МиГ-15УТИ должен был немедленно сообщить о метеозонде по радио, но он не сообщил. Почему-то руководство комиссии не стало выяснять, откуда зонд выпущен, какую передал информацию на землю, на какой высоте прекратил существование и, главное, в какое время и где он был запущен. Создалась уверенность, что эти «почему» возникли оттого, что никакого зонда в подходящее время в воздухе не было! Но в Правительственном сообщении это уже было опубликовано, а в тексте этот факт был представлен, как наиболее вероятное предположение. Другое объяснение причины сваливания самолета в штопор в Правительственном сообщении звучит еще менее убедительно – «отворот от входа в облако». Непонятно, как можно отворачивать от входа в облака, находясь в облаках. Вывод: версии, изложенные в Правительственном сообщении, не опираются на факты и не являются основой для правдивой информации.

Близкой по содержанию к официальной версии является объяснение, данное Героем Советского Союза, заслуженным летчиком-испытателем С.А. Микояном. За исходное событие он принимает также неожиданно появившийся в поле зрения экипажа метеозонд. Но последующим событием он предполагает столкновение самолета с этим зондом. Далее, по его мнению, из-за разгерметизации кабины при ударе летчики потеряли сознание и восстановили его только на малой высоте. При выходе самолета под нижнюю кромку облаков экипаж предпринял попытку выхода из создавшегося режима полета, но высоты оказалось недостаточно. Недостоверность этой версии обоснована выше, в оценке официальной версии с зондом. Кроме того, ее несостоятельность подтверждается и следующим фактом – в первой редакции текста расшифровки радиообмена я зафиксировал чью-то фразу (без позывного) «высота две тысячи». В последующих редакциях эта фраза кем-то или по чьему-то указанию была вообще удалена из текста. Подробный анализ воздушной обстановки в этот момент указывает на то, что эти слова могли принадлежать только Ю. Гагарину. Фраза подтверждает, что экипаж был в сознании и работоспособен, что также опровергает версию С. Микояна. Следует подчеркнуть, что никаких следов разрушенного при соударении с самолетом зонда на месте падения не обнаружено.

Третья версия, изложенная в двух брошюрах, принадлежит И. Кузнецову – сотруднику 13 Государственного Научно-исследовательского института эксплуатации и ремонта авиационной техники ВВС (13 ГосНИИ ЭРАТ ВВС) в период расследования катастрофы. Участвуя в анализе разрушенных приборов, он решил проявить свою техническую эрудицию в установлении общих причин катастрофы. Основной его «находкой» был не полностью закрытый (кем-то) кран вентиляции кабины, что будто бы вызвало потерю сознания летчиками при очень большой вертикальной скорости снижения самолета. Основное противоречие в этой версии указано в критике предыдущего объяснения С. Микояна: летчики сознания не теряли.

Не выдерживает критики и четвертая версия – профессора В. Белоцерковского (ВВИА им. проф. Н.Е. Жуковского), изложенная в его фундаментальной книге «Гибель Гагарина. Факты и домыслы». У нее была заслуживающая внимания предыстория. В первые дни работы комиссии у нас, специалистов по аэродинамике и динамике полета, создалось тупиковое состояние ‒ кроме расшифровки радиообмена и объективного определения момента времени удара самолета МиГ-15УТИ о землю, не было никакой полезной информации. «Черные ящики» (бортовые средства регистрации полетных данных, класса бароспидографа), как правило, устанавливаемые в то время на учебные самолеты, зачастую отказывали по разным причинам. Я, будучи назначенным руководителем экспертной группы, переговорил с членом группы профессором Г. Бюшгенсом (ЦАГИ) и выяснил, что в ЦАГИ имеется электронная модель самолета МиГ-15. Г. Бюшгенс по своей инициативе предложил: «Попробуем смоделировать динамику снижения аварийного самолета». Вскоре он сообщил результат: приблизительно за 60 с, прошедших от спокойного сообщения об окончании выполнения задания Ю. Гагариным до момента удара самолета о землю самолет мог снижаться только в режиме штопора либо глубокой спирали. В дальнейшем, уже после окончания работы комиссии, С. Белоцерковский организовал в Военно-воздушной инженерной академии имени проф. Н.Е. Жуковского, где он был заместителем начальника, анализ предполагаемого процесса развития катастрофы по этой схеме. Но загадкой осталась причина сваливания при спокойных условиях полета после окончания задания. Ответа на этот вопрос он не нашел. Это делает версию Белоцерковского необоснованной. У нее нет объективного объяснения причин сваливания (хотя внезапность его возникновения имеет место).

Пятая, критичная версия, принадлежит дважды Герою Советского Союза, летчику-космонавту СССР Алексею Архиповичу Леонову. Эту версию автор сформулировал исходя из своего понимания эпизода, зарегистрированного им в день катастрофы, когда он был в составе группы участников парашютных прыжков на аэродроме Киржач, находящемся в полутора десятках километров от места падения самолета МиГ-15УТИ. В некоторый момент времени группа А. Леонова услышала два ударных звука. Впоследствии А. Леонов назвал первый удар «сверхзвуком» («звуковой удар» – следствие сверхзвукового полета), а второй – звук в момент падения на землю самолета МиГ-15УТИ. Эти размышления, по-видимому, дали А. Леонову некоторые основания для формулирования своей версии причины гибели Ю. Гагарина. Она заключается в следующем: летчик-испытатель Летно-исследовательского института (ЛИИ), взлетевший с аэродрома «Раменское» (расположенного в нескольких десятках километров от аэродрома «Чкаловский»), которому было поручено выполнить сложное и физически трудное задание (исследование модифицированного двигателя на высоте 18 000 м при сверхзвуковых скоростях), будто бы решил «развлечься» и «влететь» в район полетов аэродрома «Чкаловский». Причем сделал это он при сплошной облачности, не зная воздушную обстановку и не имея радиосвязи с руководителем полетов этого аэродрома. Для подтверждения своей версии А. Леонов поехал в ближайшую к месту катастрофы деревню Новоселово, встретился с тремя местными жителями. Они сообщили, что видели утром 27 марта самолет, летевший «от Москвы под облаками». Это, по мнению А. Леонова, полностью подтвердило его предположение: чужой самолет летал в районе полетов аэродрома «Чкаловский». Для подтверждения и уточнения этой информации впоследствии в деревню был направлен член летной подкомиссии генерал И. Модяев. Он встретился с теми же жителями, что и А. Леонов, и задал им вопрос: «Не помнят ли они, в какое время произошло это событие?». Они дружно ответили: «Около 10 часов 35 минут». Время это они услышали из радиопередачи по громкоговорителю, установленному в центре деревни. Но самолет Су-15 взлетел в 9 ч 45 мин и совершил посадку на свой аэродром в 10 ч 24 мин, т.е. встретиться с самолетом МиГ-15УТИ он не мог вообще. Не мог он и появиться около деревни Новоселово в 10 ч 35 мин.

По следам версии А. Леонова в Летно-исследовательский институт был направлен для уточнения обстоятельств член летной подкомиссии. С ним встретился заместитель начальника ЛИИ по летной части Герой Советского Союза, заслуженный летчик-испытатель Валентин Васин. Он предъявил оригиналы полетных листов двух самолетов Су-15, летавших в этот день, с указанием времени взлета и посадки и журнал регистрации полетных листов с этими же данными. Эти данные подтвердили безосновательность версии А. Леонова. В последующем эта версия на летной подкомиссии вообще не обсуждалась. Видно ее руководство расследования оценило, как опровергаемую фактами. Сам А. Леонов должен был бы принести извинения Летно-исследовательскому институту, но он этого не сделал, а продолжал выступать с этой версией в СМИ.

После негативных оценок пяти версий причин катастрофы изложу реальную последовательность событий (реконструкцию), базирующуюся на фактах, а не на предположениях и фантазиях. Начну с того, что с первых дней работы летной подкомиссии выявились обстоятельства, свидетельствующие о недостатках в организации летной работы и прямых ошибках персонала, т.е. о «человеческом факторе» в обеспечении безопасности полетов в 70-м Особом истребительном авиационном полку, в котором летали космонавты.

Позже стало известно, что два летчика-космонавта написали письмо Генеральному секретарю ЦК КПСС Л.И. Брежневу с просьбой запретить комиссии рассматривать действия экипажа Серегина-Гагарина, чтобы не очернить их светлую память. Письмо было направлено из ЦК КПСС в комиссию по расследованию и зачитано в присутствии большого количества расследователей, но не вызвало ни вопросов, ни обсуждения. Однако влияние «человеческого фактора» (в части действий не только летчиков) так и не рассматривалось до конца работы подкомиссии. Это стало как бы запретной темой, хотя было главной составляющей.

На основании сказанного можно сделать определенные выводы: рассмотренные пять версий имеют один и тот же недостаток. В них ставится задача найти единственную причину авиационной катастрофы. Но это – нерешаемая задача, так как авиакатастрофа, как очень редкое событие, возникает, как правило, только при некотором сочетании нескольких исключительно редких событий (явлений). Вот эти события и их неблагоприятная последовательность, которые имели место 27 марта 1968 г., и явились причиной трагедии.

Сформулирую представление о последовательности событий 27 марта 1968 года, опираясь на факты и на пару реалистических предположений. Итак, первым фактом явилась задержка самолета с вылетом по времени в плановой таблице полетов. Причиной задержки явилось то, что инструктор самолета полковник В. Серегин из-за назначенной встречи с начальником Центра подготовки космонавтов генералом Н. Кузнецовым опоздал на полет с Ю. Гагариным почти на полчаса!

Это опоздание могло вызвать спешку, например, в ознакомлении с погодой, в проведении предполетной беседы с Гагариным. И, конечно, из-за опоздания интервал времени между взлетом самолета Серегина-Гагарина и последующим взлетом другого самолета МиГ-15УТИ (Андреева) сократился от планового получаса до фактических трех минут.

Еще один факт: запрос Гагарина в 10 ч 29 мин руководителю полетов с докладом и просьбой: «625 задание в зоне закончил. Прошу разрешения разворот курс 320» и ответ руководителя полетов: «625 разрешаю». Действия сторон формально неизвестны, но предположительно возможно их представить. Итак, вполне реальное решение – самолет Серегина-Гагарина выходит из своей пилотажной зоны со снижением. Задержка вылета приводит к некоторому сближению с самолетом Андреева, летавшим в своей (соседней) пилотажной зоне на высоте 3000 м, стало опасным, так как полет со снижением проходил вблизи самолета Андреева. Следует вспомнить, что разность высот двух самолетов МиГ-15УТИ в начале эпизода составляла всего 1200 м, а пилотажные зоны были рядом. У экипажа Серегина-Гагарина при обнаружении другого самолета возникла вполне естественная реакция – энергичный маневр уклонения самолета от столкновения. Оценки показывают, что примерно через 10 с самолет Серегина-Гагарина мог снизиться до высоты 3000 м, и вероятность сближения с самолетом Андреева стала очень большой. При обнаружении второго самолета между слоями облаков кто-то из членов экипажа (Серегина-Гагарина) совершил чрезмерно энергичный отворот, и самолет свалился в штопор. Еще через 10-12 с Гагарин передал в эфир (в спешке, без соответствующего позывного): «Высота две тысячи», а в 10 ч 31 мин – 10 ч 32 мин самолет столкнулся с землей.

Условия для сваливания вполне вероятны, но этот факт не был замечен группой руководства полетами (руководитель полетов Ярошенко, его помощник – Быковский). Правда, на вопрос руководителю полетов, чем он занимался в этот момент, он ответил: «Занимался анализом воздушной обстановки». Скорее всего, за экраном радиолокатора просто никто не наблюдал, не видел сближение меток целей двух самолетов МиГ-15УТИ. И еще один факт, подтверждающий незамеченное персоналом РП опасное сближение – представленная подкомиссии «проводка» (изображение на экране локатора движения меток целей самолетов) якобы самолета Серегина-Гагарина была единодушно отвергнута членами летной подкомиссии, как ошибочная и во многом противоречивая.

При заслушивании доклада летчика Андреева о его полете внимание привлек следующий эпизод. Его спросили: «В условиях какой облачности он выполнял полет в своей зоне?». Ответ был шокирующим: «Летал вне облаков». Больше всех удивились члены подкомиссии – метеорологи. «Как же так – Московская и Владимирская области закрыты сплошной слоистой облачностью с нижней кромкой 600 м, верхней – 5000 м, а Вы летали вне облаков?». После некоторой заминки он заявил: «Ну, может быть, я ошибся и летал в облаках». Этот ответ более чем странен для опытного летчика. Я записал в своем блокноте слово «путает». Он придумал, или ему придумали «безоблачную» ситуацию, чтобы он мог утверждать, что видимость была хорошая, он не видел никакого другого самолета и что опасного сближения не было. Действительность показала обратное – опасное сближение, по-видимому, было в просвете между слоями облаков.

Осталось получить объяснение одного звена цепи событий: что за самолет видели жители деревни Новоселово в день катастрофы? Ответ найти несложно при внимательном анализе имеющихся материалов.

Имея в виду, что местные жители запомнили время пролета самолета Серегина-Гагарина – 10 ч 35 мин, т.е. близко ко времени (фактическому) падения на землю их самолета, можно утверждать, что самолет, который увидели местные жители, и самолет, потерпевший катастрофу – один и тот же МиГ-15УТИ. Эти люди были свидетелями последних секунд полета самолета, потерпевшего катастрофу. Таким образом, снята последняя «загадка» из материалов расследования гибели Ю. Гагарина, что дает возможность утверждать – загадок нет, есть только неполнота информации.

Рассмотренные выше факты и обоснованные предположения позволяют утверждать, что установленная последовательность событий 27 марта 1968 г. воспроизводит истинную картину гибели экипажа Серегина-Гагарина. Полет окончился бы благополучно, если бы руководитель полетов на запрос Гагарина ответил бы не одним словом «Разрешаю», а тремя: «Разрешаю, без снижения» или развел самолеты другим способом. Так, по мнению некоторых экспертов, можно было бы избежать трагического итога.

Гибель Юрия Гагарина и Владимира Серегина может служить типичным примером катастрофы, возникающей в результате неблагоприятного сочетания негативных событий ‒ задержка вылета, вылет при несоответствующей (непригодной) для задания погоде и бездействие руководителей полетов. Все три события вызваны «человеческим фактором».

Многие авторы рассуждают о недостаточной летной подготовке и натренированности Юрия Алексеевича Гагарина, которые якобы могли быть причиной или способствовали началу катастрофы. Все они должны быть отвергнуты. В этом полете Гагарин был проверяемым; ответственность за безопасность (исход полета) полностью нес инструктор.

Становится понятной причина многолетнего молчания военных и государственных деятелей: первые боялись жестких наказаний, а вторым было стыдно за державу. Да и грядущая «Пражская весна», по-видимому, отвлекла внимание соответствующих служб государственной безопасности от более глубоких разбирательств.

___________________

*Гибель Юрия Гагарина: удивительные вымыслы и реальные предпосылки,

Гибель Ю.А.Гагарина,

Расследование гибели Ю.А. Гагарина: мотивации и факты.

Ваш комментарий будет первым

Написать ответ

Выш Mail не будет опубликован


*


Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика